В помошь пропагандисту
Aug. 3rd, 2006 03:19 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
panikowskyСтатья А.Верховского из разряда "разложим все по полочкам". Оригинал - тут.
Найдено уzhsky
(можно пойти по сцылке и прочитать, что там накропал товарищ Левинсон, но я этого не стал делать - догадался и без этого, по заголовку - М.П.)
Александр Верховский
Директор Информационно-исследовательского центра "СОВА"
Не защищаться – нельзя
Ответ Льву Левинсону на его воззвание «Стыдно молчать»
Не могу не возразить высоко мной ценимому Льву Левинсону.
Есть сходство ситуации в Ливане и ситуации в Чечне (не сейчас, конечно, а, скажем, в 1999 году) – в гибели некомбатантов в ходе войны. Разница, как справедливо заметила Ганнушкина, - в том, какие меры принимала атакующая сторона для того, чтобы минимизировать эти жертвы (кстати, Белоцерковский неправ: и американцы во Вторую Мировую сбрасывали в ряде случаев листовки до бомбежек). Сходство в том, что гибели некомбатантов избежать принципиально невозможно: не изобретено еще столь «умное» оружие. Это – повод не трижды, а сто раз задуматься, прежде чем пускать в ход армию, но это не повод для того, чтобы вовсе ее в ход не пускать. Речь не об «общем наказании», а о неизбежных излишних жертвах, количество которых всем хотелось бы уменьшить. А об «общей вине» можно говорить только в контексте политической и моральной ответственности граждан за поддерживаемых им политических лидеров.
Могли ли США не захватывать Ирак? Конечно, могли бы. Могла ли Россия в 1994 и 1999 годах не вводить армию в Чечню? Не знаю, наверное, могла, хотя это было и очень непросто. И усилий в этом направлении было очевидным образом мало. Мог ли Израиль не отвечать военной операцией на похищение двух солдат? Если бы это было изолированным случаем – мог бы, конечно. Но нынешнее жертвы в Ливане – это плата не за восемь солдатских жизней.
«Хизбалла» ведет многолетние военные действия против Израиля. Этим действиям не препятствует, не в силах препятствовать ливанское правительство. «Хизбалла» - это часть нынешней ливанской власти. И, по любым представлениям о международном праве, систематические обстрелы и атаки израильской территории – это военные действия, агрессия, и военный ответ на нее – правомерен и, прямо скажем, неизбежен.
Найдено у
zhsky(можно пойти по сцылке и прочитать, что там накропал товарищ Левинсон, но я этого не стал делать - догадался и без этого, по заголовку - М.П.)
Александр Верховский
Директор Информационно-исследовательского центра "СОВА"
Не защищаться – нельзя
Ответ Льву Левинсону на его воззвание «Стыдно молчать»
Не могу не возразить высоко мной ценимому Льву Левинсону.
Есть сходство ситуации в Ливане и ситуации в Чечне (не сейчас, конечно, а, скажем, в 1999 году) – в гибели некомбатантов в ходе войны. Разница, как справедливо заметила Ганнушкина, - в том, какие меры принимала атакующая сторона для того, чтобы минимизировать эти жертвы (кстати, Белоцерковский неправ: и американцы во Вторую Мировую сбрасывали в ряде случаев листовки до бомбежек). Сходство в том, что гибели некомбатантов избежать принципиально невозможно: не изобретено еще столь «умное» оружие. Это – повод не трижды, а сто раз задуматься, прежде чем пускать в ход армию, но это не повод для того, чтобы вовсе ее в ход не пускать. Речь не об «общем наказании», а о неизбежных излишних жертвах, количество которых всем хотелось бы уменьшить. А об «общей вине» можно говорить только в контексте политической и моральной ответственности граждан за поддерживаемых им политических лидеров.
Могли ли США не захватывать Ирак? Конечно, могли бы. Могла ли Россия в 1994 и 1999 годах не вводить армию в Чечню? Не знаю, наверное, могла, хотя это было и очень непросто. И усилий в этом направлении было очевидным образом мало. Мог ли Израиль не отвечать военной операцией на похищение двух солдат? Если бы это было изолированным случаем – мог бы, конечно. Но нынешнее жертвы в Ливане – это плата не за восемь солдатских жизней.
«Хизбалла» ведет многолетние военные действия против Израиля. Этим действиям не препятствует, не в силах препятствовать ливанское правительство. «Хизбалла» - это часть нынешней ливанской власти. И, по любым представлениям о международном праве, систематические обстрелы и атаки израильской территории – это военные действия, агрессия, и военный ответ на нее – правомерен и, прямо скажем, неизбежен.
Подчеркну: речь – отнюдь не о «терроризме», речь – об агрессии. Это – война. Здесь даже не нужно вдаваться в сложные исторические дебаты на тему о том, «кто первый начал», как это приходится делать, рассуждая об аналогичных событиях в Газе.
Почему острая реакция последовала именно на захват заложников (пленных), это ясно по многочисленным предыдущим историям с заложниками. Почему раньше не начинали большой военной операции? Да по разным внутри- и внешнеполитическим причинам; но это не отменяет ее правомерности, когда бы ее ни начали, хотя бы и вовсе без непосредственного повода. Почему бомбят? Потому что единственная практически реализуемая задача операции – нанести максимально возможный военно-технический ущерб «Хизбалле» и отодвинуть ее от границы. Это – вполне оборонительная война.
Почему бомбят дома? Так не всякие же дома, а те, где, по данным разведки, есть военные объекты – штабы «Хизбаллы», склады оружия, где рядом стоят пусковые установки. (Кстати, не слышал, чтобы «Хизбалла» ставила «Катюши» и «Грады» около исторических памятников, так что не слышал и об их гибели. Надеюсь, что-то этим борцам помешает: наверное, для них история ценнее людей.) Это – легитимные военные цели. Если ты живешь рядом с военной целью, ты либо делаешь это сознательно (работая на эту установку, из политической солидарности, наконец – надеясь «на авось»), либо вынужденно, но вынуждает тебя не тот, кто ее бомбит. Допускаю, что отнюдь не всегда жители дома давали согласие на размещение у них под окном пусковой установки «Катюши», и тогда они – вполне невинные жертвы. А если их там силой удерживают, то еще и погибшие не по собственной неосторожности. Впрочем, если прямо установку не обслуживали, они все равно некомбатанты.
И что теперь делать? Кому – как. Военным – продолжать свое дело, поскольку они не нарушают право войны. Правозащитникам – расследовать, не было ли где явного дисбаланса между реализацией военной задачи и жертвами среди некомбатантов (например, случай в Кане весьма неочевиден; Human Rights Watch и потребовала расследования).
В этой войне гибнет намного больше ливанцев, чем израильтян. Это не от гуманизма «Хизбаллы», а от военного превосходства Израиля и от размещения его противниками военных целей в населенных пунктах. И, конечно, в каких-то случаях – от неверных разведданных и от промахов конкретных пилотов (или кто там отвечает за прицеливание). Что должен делать нормальный человек? Конечно, горевать о тех, кто погиб или пострадал невинно. И больше горя приходится на Ливан, чем на Израиль.
В этой войне гибнет больше боевиков «Хизбаллы», чем израильских солдат (и полагаю, больше, чем нам сообщает «Хизбалла»). И отлично! Не потому, естественно, что жизнь еврея дороже жизни араба, а потому, что на войне жизнь солдата армии агрессора действительно гораздо менее ценна, чем жизнь солдата, защищающего свою страну.
Конечно, перед Богом они равны. И конечно, лучше жить в мире, и надо к нему стремиться. Но те, кто начинает насильственные действия, всегда и везде должны получать адекватный отпор, во всяком случае - если эти действия не удается остановить иначе. Адекватный – не значит «равный количественно». Адекватный – это такой, который необходим и достаточен для прекращения нападения. Исключения относятся к сфере педагогики, но никак не к сфере войны.
Цель данной военной операции – не «победить террор», не искоренить исламский фундаментализм, не перевоспитать или уничтожить «Хизбаллу». Может быть, израильское правительство чего-то из этого и хотело бы, но не хочет, так как все это нереалистично. Цель поэтому – всего лишь ослабить «Хизбаллу», отогнать ее, добиться ввода каких-то дееспособных войск в буферную зону (вместо нынешних совершенно бесполезных ооновских отрядов), чтобы существенно уменьшить возможность «Хизбаллы» продолжать агрессию.
Можно и нужно беспокоиться о гуманитарных аспектах войны, но, исходя из изложенного выше, непонятно, какие могут быть предъявлены Израилю претензии именно с правозащитной точки зрения (я имею ввиду – именно в данном случае).
Если же рассуждать политически, то стоит задуматься о возможных последствиях этой войны для общих перспектив Ближнего Востока вообще и Ливана в частности (последствия, по-моему, пока трудно оценить). Но при выборе между защищающейся страной, пусть и отнюдь не лишенной недостатков, но все-таки в целом свободной и демократической, и нападающей организацией, единственным достоинством которой является использование социальной помощи для привлечения сторонников, как-то трудно выступать с осуждением именно обороняющейся стороны.
Почему острая реакция последовала именно на захват заложников (пленных), это ясно по многочисленным предыдущим историям с заложниками. Почему раньше не начинали большой военной операции? Да по разным внутри- и внешнеполитическим причинам; но это не отменяет ее правомерности, когда бы ее ни начали, хотя бы и вовсе без непосредственного повода. Почему бомбят? Потому что единственная практически реализуемая задача операции – нанести максимально возможный военно-технический ущерб «Хизбалле» и отодвинуть ее от границы. Это – вполне оборонительная война.
Почему бомбят дома? Так не всякие же дома, а те, где, по данным разведки, есть военные объекты – штабы «Хизбаллы», склады оружия, где рядом стоят пусковые установки. (Кстати, не слышал, чтобы «Хизбалла» ставила «Катюши» и «Грады» около исторических памятников, так что не слышал и об их гибели. Надеюсь, что-то этим борцам помешает: наверное, для них история ценнее людей.) Это – легитимные военные цели. Если ты живешь рядом с военной целью, ты либо делаешь это сознательно (работая на эту установку, из политической солидарности, наконец – надеясь «на авось»), либо вынужденно, но вынуждает тебя не тот, кто ее бомбит. Допускаю, что отнюдь не всегда жители дома давали согласие на размещение у них под окном пусковой установки «Катюши», и тогда они – вполне невинные жертвы. А если их там силой удерживают, то еще и погибшие не по собственной неосторожности. Впрочем, если прямо установку не обслуживали, они все равно некомбатанты.
И что теперь делать? Кому – как. Военным – продолжать свое дело, поскольку они не нарушают право войны. Правозащитникам – расследовать, не было ли где явного дисбаланса между реализацией военной задачи и жертвами среди некомбатантов (например, случай в Кане весьма неочевиден; Human Rights Watch и потребовала расследования).
В этой войне гибнет намного больше ливанцев, чем израильтян. Это не от гуманизма «Хизбаллы», а от военного превосходства Израиля и от размещения его противниками военных целей в населенных пунктах. И, конечно, в каких-то случаях – от неверных разведданных и от промахов конкретных пилотов (или кто там отвечает за прицеливание). Что должен делать нормальный человек? Конечно, горевать о тех, кто погиб или пострадал невинно. И больше горя приходится на Ливан, чем на Израиль.
В этой войне гибнет больше боевиков «Хизбаллы», чем израильских солдат (и полагаю, больше, чем нам сообщает «Хизбалла»). И отлично! Не потому, естественно, что жизнь еврея дороже жизни араба, а потому, что на войне жизнь солдата армии агрессора действительно гораздо менее ценна, чем жизнь солдата, защищающего свою страну.
Конечно, перед Богом они равны. И конечно, лучше жить в мире, и надо к нему стремиться. Но те, кто начинает насильственные действия, всегда и везде должны получать адекватный отпор, во всяком случае - если эти действия не удается остановить иначе. Адекватный – не значит «равный количественно». Адекватный – это такой, который необходим и достаточен для прекращения нападения. Исключения относятся к сфере педагогики, но никак не к сфере войны.
Цель данной военной операции – не «победить террор», не искоренить исламский фундаментализм, не перевоспитать или уничтожить «Хизбаллу». Может быть, израильское правительство чего-то из этого и хотело бы, но не хочет, так как все это нереалистично. Цель поэтому – всего лишь ослабить «Хизбаллу», отогнать ее, добиться ввода каких-то дееспособных войск в буферную зону (вместо нынешних совершенно бесполезных ооновских отрядов), чтобы существенно уменьшить возможность «Хизбаллы» продолжать агрессию.
Можно и нужно беспокоиться о гуманитарных аспектах войны, но, исходя из изложенного выше, непонятно, какие могут быть предъявлены Израилю претензии именно с правозащитной точки зрения (я имею ввиду – именно в данном случае).
Если же рассуждать политически, то стоит задуматься о возможных последствиях этой войны для общих перспектив Ближнего Востока вообще и Ливана в частности (последствия, по-моему, пока трудно оценить). Но при выборе между защищающейся страной, пусть и отнюдь не лишенной недостатков, но все-таки в целом свободной и демократической, и нападающей организацией, единственным достоинством которой является использование социальной помощи для привлечения сторонников, как-то трудно выступать с осуждением именно обороняющейся стороны.
